Я было навел туда фонарик, как снизу — очень-очень близко — раздался нечеловеческий, жуткий вопль. Ноги сами внесли меня на второй этаж — сердце бешено колотилось, захлебываясь в невозможном ритме. Одна из квартир зияла открытым проемом двери. Сюда! Еще можно попробовать выбраться через окно!

Со всех сторон взвыли, зашлись в сумасшедшем лае десятки прожорливых, вечно голодных тварей. Поздно… Третий этаж, четвертый, пятый… Дыхание сбилось, я без сил упал на лестницу. Мышеловка захлопнулась — они окружили дом.

«Они окружили дом» — знакомая фраза, много раз слышанная… В голове зазвучала музыка и губы сами, опережая сознание, прошептали:

Когда они окружили дом И в каждой руке был ствол…

Я засмеялся — «Наутилус», любимый «Наутилус»! Как называется эта песня? Никогда мне особенно не нравилась — всё портил дурацкий припев, но именно она всплыла в памяти.

Он вышел в окно с красной розой в руке…

Внезапно паника схлынула, я встал, сбросил больше не нужный вещмешок и медленно, невероятно медленно, боясь спугнуть что-то важное, начал подниматься по ступеням.

И по воздуху плавно пошел…

Вверх, вверх! У этой западни есть выход!

И хотя его руки были в крови, Они светились как два крыла…

Я больше не шептал — кричал, заглушая беснующихся тварей.

И порох в стволах превратился в песок, Увидев такие дела.

Я поднимался этаж за этажом, пролет за пролетом и как заведенный повторял:

Когда они окружили дом, И в каждой руке был ствол, Он вышел в окно с красной розой в руке

(Господи, как умирать то не хочется)

И по воздуху плавно пошел.